Форум » ПУТИН и МЕДВЕДЕВ » Новая Газета//ПРЕЗИДЕНТ ПРОСТОЙ И ЛОЖНЫЙ 10 МГНОВЕНИЙ ГОСУДАРСТВЕННОГО ВРАНЬЯ: » Ответить

Новая Газета//ПРЕЗИДЕНТ ПРОСТОЙ И ЛОЖНЫЙ 10 МГНОВЕНИЙ ГОСУДАРСТВЕННОГО ВРАНЬЯ:

BNE: ПРЕЗИДЕНТ ПРОСТОЙ И ЛОЖНЫЙ «…Я всегда стараюсь придерживаться нескольких правил. Во-первых, не врать. Говорить правду, приятная она или не очень. Наш народ заслужил того, чтобы ему говорили правду». Владимир ПУТИН, 3 октября 2004 г., на встрече с китайскими журналистами, в ответ на вопрос о причинах своей популярности 10 МГНОВЕНИЙ ГОСУДАРСТВЕННОГО ВРАНЬЯ: 1. Льготы для чиновников, ложь для льготников «Все решения в этой сфере… должны свестись в конечном итоге к тому, чтобы не только не ухудшить, а улучшить положение этой категории наших граждан». В. ПУТИН — о «монетизации льгот», 29 июня 2004 г. В июле 2004 г. президент подписал принятые Государственной Думой в один день два закона. Один из них — закон «О государственной гражданской службе РФ», согласно которому полностью и на неопределенный срок сохраняются льготы и привилегии для государственных чиновников и членов их семей. В том числе: качественное и практически бесплатное медицинское и санаторно-курортное обслуживание; выплата единовременной бюджетной субсидии на приобретение жилой площади; бесплатное транспортное обслуживание «в зависимости от категории и группы занимаемой должности гражданской службы», а также «компенсация за использование личного транспорта в служебных целях и возмещение расходов, связанных с его использованием». А кроме того, и «иные государственные гарантии, установленные федеральными законами». Среди этих иных привилегий, не вошедших в текст июльского закона о госслужбе, но положенных чиновникам, занимающим в бюрократической иерархии достаточно высокое положение: безлимитные телефонные разговоры, включая международные, оплата мобильных телефонов с международным роумингом; бесплатные государственные квартиры и дачи с бесплатной «коммуналкой». Есть у нерядовых чиновников и привилегии фактически феодального толка — вплоть до права езды по встречной полосе. Параллельно правительство и администрация президента, опираясь на поддержку пропрезидентской «Единой России», проштамповали в Государственной Думе второй закон — с многострочным и невнятным названием, более известный как «Закон о монетизации льгот». Натуральные льготы — во всяком случае, большинство из них — малосовместимы с рыночной экономикой. Структурная реформа, содержанием которой должен быть выкуп льгот у населения по справедливой цене, в принципе необходима. Но то, как была проведена монетизация, не оставляет сомнений в полной бездарности и цинизме власти Путина. История со льготами лишний раз доказала, что интересы чиновников для нынешней власти являются первостепенными, что Путин, прежде всего, президент чиновников, а не всего российского общества. 2. Кто кого мочит в сортире «Будем преследовать террористов везде. В аэропорту — в аэропорту. Значит, вы уж меня извините, в туалете поймаем и в сортире их замочим, в конце концов!». Владимир ПУТИН, 24 сентября 1999 г . Владимир Путин, как известно, стал президентом под флагом бескомпромиссной борьбы с террором, за установление мира и порядка в Чечне. И сегодня вопреки Беслану, вопреки «Норд-Осту», взрывам в самолетах и метро, налету на Назрань, практически ежедневным боестолкновениям в Чечне, убийству Ахмата Кадырова он пытается уверить, что чеченская проблема практически решена. Эта ложь — не безобидная политическая демагогия. За ней стоит неспособность власти к эффективным действиям по достижению мира в Чечне. За время правления Путина количество только УБИТЫХ в результате террористических актов и только за пределами Чечни выросло почти в 20 раз: с 26 человек в допутинском 1998 году до 503 в 2004-м. Намного больше пострадавших от терактов и партизанских действий на территории самой Чечни. Боевые действия перешли в еще более жестокую форму: в форму партизанско-террористической войны в самой Чечне и в терроризм экстремистского крыла чеченских сепаратистов против гражданского населения на территории остальной России. Характерно, что представители российских властей, оправдывая свою некомпетентность, любят ссылаться на мировой опыт, рассуждать о непобедимости террора во всемирном масштабе. Однако они забывают, что благодаря своевременным и эффективным мерам по борьбе с террором после трагедии 11 сентября 2001 года за 4 с половиной года в США не произошло ни одного террористического акта. У нас в стране со второй половины 1999 года (когда Путин стал премьер-министром) произошло около 40 крупных терактов, унесших жизни 1397 человек. В самой Чечне в период с сентября 1999-го по осень 2004 года со стороны Российской армии и правоохранительных органов, только по официальным сводкам, погибли и пропали без вести 5908 человек — то есть больше, чем в первой чеченской войне, жертвами которой стали 5334 убитых и пропавших без вести военнослужащих-федералов. Однако, по неофициальным данным Союза комитетов солдатских матерей, российские потери во второй чеченской войне гораздо выше: не менее 11 тыс. убитых и 25 тыс. раненых. Кроме того, за 5 лет второй войны погибли 20 тыс. жителей Чечни. Тем не менее российская власть предпочитает не замечать продолжения чеченской трагедии, уверяет мировое общественное мнение, что ситуация нормализовалась. Во время пресс-конференции после переговоров с канцлером Германии в городе Шлезвиге 21 декабря прошлого года Путин, перейдя на немецкий, обратился к участникам демонстрации протеста против войны в Чечне: «…Уже три года, как в Чечне нет войны, война уже закончена…», «Вы можете совершенно спокойно идти домой. С Рождеством вас». 3. Победа над заложниками «Эти люди погибли не в результате действия газа, потому что газ не был вредным, он был безвредным, и он не мог причинить какого-либо вреда людям. Люди стали жертвами ряда обстоятельств — обезвоживания, хронических заболеваний, самого факта, что им пришлось оставаться в том здании… И мы можем сказать, что во время операции не пострадал ни один заложник». Владимир ПУТИН, 20 сентября 2003 г., на встрече с американскими журналистами, о «спасении» заложников «Норд-Оста» Это заявление, по нашему мнению, не нуждается в комментариях. 4. Армейская контрреформа «Мы нуждаемся в сильной, профессиональной и хорошо оснащенной армии, чтобы обеспечить счастливое и мирное развитие страны». Владимир ПУТИН, 22 мая 2003 г. Несмотря на многочисленные заверения Путина о необходимости реформы армии и ее профессионализации, ситуация в Российских вооруженных силах только ухудшается. «Небоевые потери» Вооруженных сил России за последние пять лет составили 10 799 человек. Большинство погибших — жертвы дедовщины, от которой ежегодно страдают 20 000 солдат. 5 тысяч солдат (2 полка!) ежегодно дезертируют из-за побоев и издевательств. В армию продолжают призывать молодых людей, абсолютно не соответствующих ее требованиям: 30% солдат страдают дистрофией; 60% личного состава пристрастны к алкоголю; 20% призывников — наркоманы; 20% солдат имеют только начальное образование; 7% — ранее судимы. Под победные реляции, а по сути, громкую ложь о мнимых успехах «проводящейся реформы» в армии ежегодно от дедовщины и лишений гибнут более 1000 (данные Союза комитетов солдатских матерей) молодых ребят. Угроза попасть в такую армию нависла сегодня и над студентами, артистами, музыкантами, молодыми талантами, и даже над балалаечниками, которых особенно не любит министр Сергей Иванов. В последнее время этот чиновник с особым рвением пытается поставить под ружье всех имеющих право на отсрочки. 5. Ворон ворону глаз не выклюет, или Как Путин сдал россиян Туркменбаши «Сегодня все государственные органы — я хочу вас проинформировать об этом, — в том числе и Министерство иностранных дел Российской Федерации, имеют поручение уделять работе с соотечественниками особое внимание, оказывать им всяческое содействие — как информационное, так и организационное, правовое и административное». Владимир ПУТИН, 30 августа 2002 г. Режим Ниязова-Туркменбаши — самый деспотический из всех существующих на территории бывшего СССР. И в первую очередь жертвами деспотизма Ниязова стали русские и русскоязычные граждане. Их без объяснений каких-либо причин лишают жилья, работы, возможности получить образование. Единственная надежда у новых изгоев туркменского общества была на то, что матушка-Россия и ее президент хоть как-то заступятся за них. Однако вместо помощи и поддержки Путин сдал соотечественников, попавших в беду. Во время визита в Москву президента Туркмении Сапармурада Ниязова в апреле 2003 г. Путин дал согласие на прекращение действия договора о двойном гражданстве. 22 апреля 2003 г. Туркменбаши подписал указ об урегулировании вопросов прекращения действия двойного гражданства. В соответствии с этим указом российское гражданство потеряли 100 тысяч человек. В результате эти люди оказались брошенными на произвол судьбы во враждебном им государстве, где их лишают работы и жилья. 6. «Выборы не отменять, а губернаторов назначать буду я» «Отбирать у людей право выбирать себе руководителей в регионах было бы неправильным… и стало бы элементом неуважения к избирателям. Избрание руководителей субъектов Федерации повышает ответственность руководителей за результаты их труда». Владимир ПУТИН, 6 мая 2000 г. С февраля 2000-го по декабрь 2002 года В. Путин не менее шести раз уверял, что не будет отменять прямые выборы глав регионов. После всех этих твердых заверений выборы губернаторов под абсолютно надуманным предлогом усиления борьбы с терроризмом были в декабре прошлого года отменены. Можно уже сейчас спрогнозировать некоторые последствия перехода к назначению глав регионов. Люди из администрации президента будут, причем, скорее всего, небескорыстно, проталкивать своих протеже на посты губернаторов. Назначение глав регионов станет новым товаром на коррупционном рынке. Назначенным главам, не подотчетным населению, но зависимым от Кремля, будут безразличны интересы своих регионов. В результате продолжится процесс обнищания региональных бюджетов, будут свернуты многие региональные социальные и инвестиционные программы. 7. Бригада Путина захватывает «ЮКОС» «Государство не ставило целью национализировать, прибрать к рукам эту компанию. Такой цели нет, не было и не будет…». Владимир ПУТИН, 24 сентября 2004 г. Уже к декабрю 2004-го «ЮКОС» был полностью разгромлен государством и частично конфискован. Акции главного актива «ЮКОСа» «Юганскнефтегаза» формально перешли под контроль государства, а фактически — в руки питерских чекистов. Эта «афера года», как назвал дело «ЮКОСа» советник президента Андрей Илларионов, оставила много вопросов. Где известная только Путину группа предпринимателей из «Байкалфинасгрупп» взяла 9,35 миллиарда долларов? Куда пошли деньги, вырученные от продажи «Юганскнефтегаза»? Почему, например, не на компенсации отмененных льгот? И, наконец, есть ли личная заинтересованность в сделке заместителя главы президентской администрации, председателя совета директоров компании «Роснефть» (которой в итоге достался «Юганскнефтегаз») Игоря Сечина, а также других чиновников и предпринимателей из окружения президента? 8. Споры хозяйствующих субъектов «Свобода прессы — это одна из опор нашего демократического фундамента, гарантия независимости демократического развития, необратимости этих процессов». Владимир ПУТИН, 24 сентября 2004 г. Для того чтобы безнаказанно врать, нужно заткнуть рты тем, кто может взять лжеца за руку, то есть установить монополию на средства массовой информации. Как метко подметила Юлия Латынина, «люди, пришедшие к власти исключительно с помощью телевидения, обречены смотреть на телевидение ровно так, как Иван-дурак на волшебную палочку. Есть палочка — все будет хорошо, упрут палочку — все кончится». Наиболее значимые и заметные эпизоды борьбы администрации Путина с журналистами и свободой слова на ТВ известны. Это «дело Бабицкого» (февраль—март 2000 г.), «дело Гусинского» (май—декабрь 2000 г.), установление полного контроля над ОРТ (август 2000 г. — январь 2001 г.), разгром «старого» НТВ (апрель—май 2001 г.) и ликвидация ТВ-6 (2002 г.). Это поправки в закон о СМИ, ограничивающие свободу слова (май—июнь 2003 г.), закрытие ТВС (июнь 2003 г.), чистки «нового» НТВ: смена руководства телекомпании (начало 2003 г.), изгнание Леонида Парфенова, закрытие программ «Личный вклад» и «Свобода слова» (лето 2004 г.). В результате все центральные телеканалы страны оказались под контролем администрации президента и стали проводить единую информационную политику зомбирования населения в духе преданности путинскому режиму. В покорении СМИ была и экономическая составляющая: акции ОРТ и НТВ перешли к бизнес-структурам, подконтрольным кремлевской верхушке. 9. Грезы о ВВП «Мы способны за 10 лет увеличить экономический рост в два раза. При условии удержания темпов развития на уровне I квартала 2004 г. мы сможем удвоить ВВП уже к 2010 г.». Владимир ПУТИН, 26 мая 2004 г. Гвоздем программы последней избирательной кампании Путина стала постановка задачи об удвоении ВВП за 10 лет. Решение этой задачи, по мнению президента, решило бы вопрос о вхождении России в число передовых, экономически развитых держав. Однако не прошло и года с момента ее провозглашения, и этот широко разрекламированный тезис оказался самым натуральным блефом, что вынуждены были признать даже видные путинские чиновники. Главные экономические итоги 2004 года — рост ВВП всего на 6% (причем в основном за счет повышения цен на нефть), сокращение темпов роста промышленного производства до 4%, нулевой рост фондового рынка — поставили крест на этой фантазии. В результате Герман Греф вынужден был открыто признать, что удвоение ВВП возможно только к 2015 году и то при условии реформ в экономике и неприкосновенности частной собственности. Таким образом, экономический рост, по Путину, оборачивается таким же блефом, как победа в Чечне, соблюдение прав человека или защита свободы слова. Несвободная экономика, зажатая в тисках бюрократического контроля, не может быть эффективной и успешно развиваться. Согласно рейтингу экономической свободы американского фонда Heritage и Wall Street Journal за 2004 год, Россия заняла 124-е место (из 161), оказавшись между Камеруном и Руандой, а экономика России признана «в основном несвободной». 10. Борьба с коррупцией = расцвет коррупции «Нужны точные и реалистичные меры и в борьбе с проявлениями коррупции и, главное, в ее предупреждении». Владимир ПУТИН, 12 января 2004 г. Согласно ежегодному докладу международной организации Transparency International (TI) «Индекс восприятия коррупции», опубликованному в октябре прошлого года, в 2004 году Россия разделила 90-е место с африканской Гамбией в мировом рейтинге «некоррумпированности». В список TI в 2004 году вошли 146 государств (наименее коррумпированные — в верхней части списка). По данным специального исследования, проведенного TI в 2003 году совместно с фондом ИНДЕМ Георгия Сатарова, в список наиболее коррумпированных ведомств России входят государственные конторы, ведающие выдачей лицензий и квот на экспорт, бюджетными трансфертами, налоговыми зачетами, обслуживанием бюджетных счетов, зачетом долгов в регионах, а также приватизацией. Уровень «отката» тому или иному чиновнику тоже не тайна: от 10 до 30% от суммы сделки, с постоянной тенденцией к повышению. По данным того же ИНДЕМа, российские граждане ежегодно тратят на взятки различным должностным лицам в общей сложности не менее 37 миллиардов долларов. В мире бизнеса ежегодные суммы взяток составляют $33,5 млрд, что вполне сопоставимо с доходной частью российского бюджета. Несмотря на громкие заявления российских властей, динамика коррупционной преступности неуклонно повышается. Так, число преступлений в этой сфере (по данным Следственного комитета МВД) за годы правления Путина выросло с 72,8 тыс. в 1999 году до 82 тыс. в 2003 году, причем с каждым годом рост коррупции увеличивается. Число преступлений, связанных с получением взяток, увеличилось в 2003 году на 16,8%, а в первом полугодии 2004 года — на 28%. Политика лжи обречена «Можно долго обманывать часть народа, можно короткое время обманывать весь народ, но никому еще не удавалось долгое время обманывать весь народ», — говорил Авраам Линкольн. Этот афоризм хорошо известен, однако, похоже, в последнее время люди в Кремле и находящиеся у них на службе политтехнологи стали забывать эту ставшую почти банальной истину. Хочется напомнить и нашу не слишком давнюю историю. Советская власть погибла не под тяжестью экономических проблем и не в результате проигрыша в холодной войне. Есть более серьезная причина. Ее погубило то, что она держалась на тотальной многолетней лжи. Как только монополия государственной лжи была нарушена, люди увидели, что власть их долго и бессовестно обманывала, пренебрегая их интересами и отстаивая привилегии правящего чиновничества. Став Гражданами, они отказали в поддержке такой власти. Что было в дальнейшем, все хорошо знают: август 1991-го, Ельцин на танке, члены высшего советского руководства в «Матросской Тишине»… Политика Путина и его руководство привели страну к следующим последствиям: установлению личной диктатуры президента, повсеместному нарушению демократических прав и свобод; усилению интенсивности войны в Чечне, обострению проблемы терроризма, гибели многих тысяч мирных граждан и военнослужащих; провалу армейской реформы, массовой гибели солдат от дедовщины, повсеместному дезертирству и уклонению от службы в Вооруженных силах; экономическому застою, грозящему при ухудшении мировой экономической конъюнктуры перерасти в системный кризис с катастрофическими последствиями; расцвету коррупции, бесправию населения перед произволом зарвавшихся чиновников; взрыву общественного недовольства, нарушению социального мира и порядка в стране. Думающим гражданам России уже сегодня ясно, что путинский режим обречен. Смена власти необходима. Но об этом — в наших следующих публикациях. Борис НЕМЦОВ, Владимир ПРИБЫЛОВСКИЙ 10.02.2005

Ответов - 8

BNE: От доктрины Синатры к доктрине Путина Уве Клусманн За несколько дней до встречи Буша и Путина в Братиславе Россия всячески старается показать, что она готова к сотрудничеству и открыта для всего мира. Путин ничего так не боится, как предстать в глазах США «плохим парнем», но решительно настроен предотвратить сокращение своей сферы влияния. Такая вот дипломатическая дилемма Генри Киссинджера, бывшего госсекретаря и лауреата Нобелевской премии мира, принимают в Москве охотно. Атмосфера беседы столпа американской дипломатии и российского президента Владимира Путина, которая происходила 10 февраля в Кремле, вовсе не была напряженной. Киссинджер еще во время приветствия признался, с какой миссией он приехал: «Я добрый друг президента Буша и убежденный сторонник его внешней политики». Несколько напрягшись, Путин тотчас ответил: «У нас общие друзья, господин Киссинджер». Российский президент готовится к встрече с Джорджем Бушем 24 февраля в столице Словакии Братиславе. Киссинджер, в свои почти 82 года все еще остающийся проницательным экспертом по международным вопросам, обрисовал в ноябре в журнале Newsweek международное положение: радикализация в Ираке, стремление Ирана и Северной Кореи обзавестись ядерным оружием и потенциальный рост Китая до уровня сверхдержавы. Там он также дал рекомендации администрации Буша: больше тактичности по отношению к сомневающимся и скептически настроенным партнерам. Такие мысли – это бальзам для русских, которые только что услышали из США требование миллиардера и биржевого игрока Джорджа Сороса об исключении России из «Большой восьмерки» ведущих индустриальных государств из-за дефицита демократии. После того как потерпела неудачу попытка путем грубого вмешательства в ход президентских выборов затащить соседнюю Украину в сферу влияния Москвы, Путин любой ценой хочет избежать отношения к себе Америки как к противнику, как к «плохому парню», а к России – как к будущему государству-изгою. МИД не играет заметной роли Несмотря на периодические имперские устремления Путина московское Министерство иностранных дел, что на Смоленской площади, в отличие от советского времени, не играет заметной роли. Тон статьи российского министра иностранных дел Сергея Лаврова, опубликованной на днях в «Известиях», прямо-таки умоляющий: Россия будет обеспечивать свои «национальные интересы» только «на путях тесного взаимодействия с внешним миром». Лавров заклинает «даже в условиях достаточно серьезных расхождений, как это было, например, перед началом войны в Ираке, не терять из виду общие стратегические интересы». Отношения с США, предупреждает Лавров, «не должны сползать в конфронтацию». Незадолго до этого Лавров имел в Стамбуле встречу с Кондолизой Райс, госсекретарем США, известной своей холодной головой. Знаток России, она предостерегала московского коллегу от отказа от западных представлений о демократии и, в отличие от Киссинджера, не чуралась критики. Кондолизу Райс в Москве побаиваются с тех пор, как она на одном из заседаний сената высказалась за установление международного контроля над российскими ядерными арсеналами. Что же касается ядерного оружия в руках северокорейского или иранского руководства, то здесь точка зрения Москвы близка к позиции Вашингтона. Россия не заинтересована в появлении на своих границах новых ядерных держав. Конфликт вокруг Центральной Азии Существенные расхождения между Россией и США не касаются ни Ирака, ни Ирана, зато касаются богатых нефтью и газом Центральной Азии и Южного Кавказа. Россия, по словам Лаврова, оставляет за собой право поддерживать и развивать в республиках СНГ «исторически сложившиеся экономические, культурные и человеческие связи» и «содействовать интеграционным процессам в регионе». Сдержанность министра, который ведет себя так, будто речь идет о поездках к бабушке и обмене ансамблями народного танца, скрывает главное: Москва на территории СНГ имеет военные интересы. К пакту «коллективной безопасности» наряду с Россией в 1992 году присоединились Армения, Казахстан, Таджикистан, Киргизия и Белоруссия. Во всех этих странах существуют более или менее авторитарные режимы, фальсифицируются выборы, а оппозиция сидит в тюрьме. В Армении, Таджикистане и Киргизии расположены российские воинские соединения. Российские солдаты все еще находятся в Грузии, и грузинское правительство настаивает на их выводе. Южная Осетия и Абхазия, две никем не признанные республики, в соответствие с норами международного права являются территорией Грузии, но Россия их поддерживает, и они уже в течение 13 лет фактически являются протекторатами Москвы. В Киргизии к парламентским выборам 27 февраля и октябрьским президентским выборам формируется растущая и спонсируемая американскими фондами вроде Freedom House оппозиция, которая хочет оторвать страну от Москвы и переориентировать на Америку. Путинская доктрина «налаженных связей» между бывшими советскими республиками и Москвы сигнализирует об отказе от «доктрины Фрэнка Синатры», о которой советский пресс-секретарь министерства иностранных дел Геннадий Герасимов объявил в октябре 1989 года. Тогда, при Горбачеве, СССР расставался со своей восточноевропейской зоной влияния. В будущем отношения союзников с Москвой будут базироваться на принципе «I did it my way» («Это мой путь»), говорил тогда Герасимов. При этом напрашивалась аналогия с песней, написанной Жаком Рево и Клодом Франсуа и переведенной на английский язык Полом Анкой, где есть такие слова: «And now, the end is near / and so I face the final curtain» («И вот конец уж близок, и ждет меня последний путь»). Через 14 лет после распада Советского Союза Путин пытается оправдать свое присутствие на обширной территории бывшей советской страны чем-то вроде доктрины Монро. Доктриной Монро, названный по имени президента США Джеймса Монро, который провозгласил ее в 1823 году, североамериканцы обосновывали свое господство в Центральной и Южной Америке. Военные базы как тупик Однако Путин в своей попытке поддержать разные недееспособные режимы в СНГ не может рассчитывать ни на снисходительность США, ни на поддержку Китая, который хочет стабилизировать авторитарные режимы в соседних с ним странах из корыстных интересов. Военное присутствие в странах СНГ, которое Россия жаждет распространить еще и на Киргизию, в перспективе ставит Россию перед проблемами, похожими на прежние проблемы СССР: в крайнем случае Москва или использует военную силу для свержения режима и тем самым на десятилетия портит отношения с соответствующими народами, или бессмысленно проматывает свои ресурсы вплоть до неизбежного ухода. Даже сейчас разочарованные российские офицеры на базах вдали от родины имеют в большинстве случаев устаревшее оружие, а местное население настроено к ним не слишком лояльно. Какой бесполезной в случае реальной опасности может быть московская база, стало очевидным весной прошлого года во время конфликта между дружественной Москве автономной республикой Аджарией и центральной властью Грузии. Аджарский президент, русофил Аслан Абашидзе надеялся на помощь расположенных в его вотчине российских военных, пока его не забрал с собой министр иностранных дел – в Москву, в эмиграцию. На этом фоне московские демагоги с имперскими замашками ведут себя как евнухи: хотя они и знают, что надо делать, но у них ничего не получается. Набрать очки у своих «американских партнеров» Путин снова и снова пробует в роли стойкого борца с терроризмом. При Путине размытое понятие «антитеррора» превратилось в России в псевдоидеологию, при помощи которой можно многое оправдать как внутри страны, так и вне ее. В своей речи в конце января по случаю освобождения концентрационного лагеря Освенцим Путин называл терроризм «угрозой для сегодняшнего мира, не менее коварной и опасной, чем фашизм». То, что производит впечатление на фоне страшного террористического акта в Беслане, на самом деле скрывает стратегическую слабость Кремля – расплывчатый образ врага. У Генри Киссинджера Путин мог бы прочесть: «Терроризм – это метод, а не политика». Путин, очевидно, имел в виду исламистов, причем московские полковники не слишком талантливы в том, чтобы отличить мусульман-фундаменталистов и бандитов-экстремистов от оппозиционных мусульман. Число сторонников последних растет в бедных регионах России и СНГ тем быстрее, чем более пронизана коррупцией якобы дружественная Москве власть. Американские стратеги могут спокойно наблюдать за затруднительным положением, в котором оказался Путин в своей борьбе против исламистов. Возглавляемые мусульманскими экстремистами мятежи в Средней Азии, которые легко могут охватить подвластную Китаю провинцию Синцзян, гораздо опаснее для Москвы и Пекина, чем для Вашингтона. Чем больше Россия запутывается в региональных вооруженных конфликтах, как уже сейчас в Чечне, тем слабее становится бывшая восточная сверхдержава и тем меньше она может противостоять американским планам по установлению мирового порядка. Переведено 18 февраля 2005

BNE: Буш принуждает Путина к демократии Джеймс Хардинг В четверг президент Буш в вежливой форме, тщательно подбирая слова, высказал Владимиру Путину свою обеспокоенность состоянием демократии в России. В ответ российский президент стал защищать свой стиль лидерства. В конце визита Буша в Европу, во время которого американский президент стремился достичь взаимопонимания, а не зацикливаться на разногласиях между США и странами Европы, два лидера подтвердили свое намерение расширять сотрудничество, несмотря на свои разногласия по поводу демократии. Встреча двух президентов проходила в старинном замке в столице Словакии Братиславе. Более часа два лидера обсуждали с глазу на глаз обсуждали различные вопросы, в том числе и беспокойство Соединенных Штатов по поводу усиления авторитаризма в политике Кремля при Путине. Вечером после встречи прошла пресс-конференция американского и российского президентов, на которой Буш высказался о состоянии демократии в России: «Демократия должна обязательно включать в себя главенство закона, защиту меньшинств, свободу прессы и жизнеспособную политическую оппозицию, – сказал американский президент. – Я смог выразить свою озабоченность относительно приверженности России выполнению этих основополагающих принципов». Джордж Буш не стал останавливать на деталях, но его комментарии имели цель обратить внимание российских властей на их политику в отношении компании ЮКОС, на действия России в Чечне, на подавление средств массовой информации, в которых появлялись критические политические комментарии, и на попытку централизации власти, которую предпринял Кремль при Путине. В ответ Путин пообещал не возвращать Россию к авторитарному прошлому: «Россия сделала выбор в пользу демократии 14 лет назад. Этот выбор окончателен, и возврата назад нет и быть не может». Затем Путин заявил, что необходима такая демократия, которая не подрывает силу страны, и «внедрение принципов и норм демократии не должно сопровождаться развалом государства и обнищанием народа». Оба лидера заверили друг друга во взаимном уважении, а также заявили, что намерены сотрудничать по многим вопросам – от сферы энергоресурсов до решения проблемы нераспространения ядерного оружия. Американский президент поддержал планы России по вступлению во Всемирную торговую организацию. Джордж Буш заявил, что Путин согласился с тем, что развитие иранской ядерной программы – неприемлемо для России. Ранее американский президент добился того, что такую же позицию в отношении Ирана заняли французский президент Жак Ширак и канцлер Германии Герхард Шредер. Джордж Буш заявил, что он намерен поддержать усилия Евросоюза дипломатическими средствами заставить Иран отказаться от свих ядерных программы. «Самый эффективный способ достичь этой цели – это дать полномочия нашим партнерам – Великобритании, Франции и Германии – быть представителями не только Евросоюза и НАТО, но и Соединенных Штатов. Надеюсь, мы сможем добиться решения этой проблемы дипломатическими средствами», – сказал Джордж Буш

BNE: Почему дружба кончилась быстро Катя Глогер Президент России Владимир Путин осуществил ползучий переворот: человек, который начинал как реформатор, мутировал в авторитарного предводителя продажного режима. Несмотря на встречу в Братиславе с президентом США Бушем, отношения между Вашингтоном и Москвой сильно охладели Владимир Владимирович Путин обладает одним удивительным свойством: он действительно умеет угодить каждому. Он подходит с улыбкой, дружелюбной и скромной, сам бесцветный, скорее мальчишка, чем всесильный президент Российской Федерации, самой большой страны в мире. Он кажется чуть ли не застенчивым, но умеет у каждого собеседника создать впечатление, что он его понимает, разделяет его взгляды, что он целиком и полностью на его стороне. Некоторые после беседы с Владимиром Владимировичем Путиным удивленно задаются вопросом: какого же, собственно, мнения придерживается президент? В настоящее время о нем, бывшем офицере советского КГБ, многое уже известно. Известно, что он велел построить конюшню на территории своей подмосковной резиденции в Ново-Огарево. Известно, что он каждое утро ездит верхом на одной из своих чистокровных лошадей, потом полчаса плавает в одиночестве в своем закрытом бассейне, регулярно занимается дзюдо. Даже после полуночи он вызывает к себе сотрудников и без всякого смущения заставляет министров ждать собственного появления. Известно, что он почти всегда опаздывает, скучно и назидательно говорит о международном положении. Однако никто не знает, какой он на самом деле. Владимир Владимирович Путин – в некотором роде человек на все случаи жизни. Он знает, чем он обязан своим собеседникам. Он слушает внимательно, помнит о каждой детали. О каждом жесте, каждом слове, каждой улыбке. Он всегда приноравливается к своему собеседнику и поражает расчетливой чуткостью. В нем, как в зеркале, каждый видит сам себя. Для своего народа он царь, а также авторитарный аппаратчик. Верный офицер советских спецслужб, а также современный политменеджер, питающий слабость к Роми Шнайдер. Русский писатель Виктор Ерофеев как-то писал о том, что существует даже специальный сайт, где можно помечтать о Путине и с Путиным. Каждый готов открыть ему свое сердце и по-человечески открыто поговорить с ним. Это может быть одним из объяснений, почему федеральный канцлер Шредер называет его «другом». Путин – один из немногих глав государств, которые могут по-немецки поговорить с ним решительно обо всем. Он придет в дом, выпьет с ним кружку пива; их жены понимают друг друга, к Рождеству Владимир может подарить расписанные вручную шары для новогодней елки, а ко дню рождения Герхарда привезти казачий хор. Это трогает канцлера до глубины души и идет во благо стратегическому партнерству между двумя странами. К тому же у России колоссальные запасы природного газа – и они нужны в Германии. Кроме того, Германия хочет быть по-настоящему ведущей силой в Европе. Поэтому заботу о хороших отношениях с главой гигантской российской империи можно интерпретировать как общеевропейскую задачу. До последнего времени Путин мог называть «другом» и Джорджа Буша. Почти четыре года назад Буш пригласил его на свое ранчо в Техасе – честь, которой президент Франции Ширак не удостоился до сих пор. Перед своей поездкой Путин неделями учил английский язык в собственной лингвистической лаборатории. Среди прочего они говорили и о религии. Тогда глубоко верующий Джордж Буш заглянул глубоко в глаза российскому президенту и увидел, как пояснил он позже, «его душу». До сих пор это родство душ основывалось, прежде всего, на единстве в деле борьбы с мировым терроризмом. Россия поддерживает США – и тем самым оправдывает собственную грязную войну на Кавказе. Кроме того, Россия предлагает свои услуги как поставщик нефти и газа. До сих пор нефтяные концерны США грезили о прибыльных контрактах на будущем российском рынке. Ради этого Путину спустили с рук даже его тактическое сопротивление войне в Ираке. Тогда небезызвестная Кондолиза Райс посоветовала «наказать Францию, игнорировать Германию, простить Россию». С тех пор ситуация сильно изменилась. Президент США во время невероятно важного для него турне по Европе предстает уверенным и решительным верховным пропагандистом в вопросах свободы. Он требует от Европы, чтобы она тоже взяла на себя ответственность за распространение демократических ценностей. Его друг Владимир, очевидно, не хочет участвовать в этой игре. После этого отношения между двумя странами сильно охладели. И тон становится все резче. Все больше и больше кажется, что в Вашингтоне думают над изменением политики в отношении России. Уже не раз за последние несколько дней Буш предупреждал своего русского друга – причем публично. Он воспользовался саммитом НАТО и своими встречами с главами государств и правительств ЕС, чтобы отчетливо потребовать: Россия должна сохранить свою приверженность демократии и реформам. «В их число входят свободная пресса и принципы правового государства». Европа тоже должна напоминать России о ее обещании провести реформы, подчеркнул он. Уже четыре месяца назад, когда оба президента встречались на экономическом саммите в Чили, наблюдатели заметили, как недоброжелательно Буш отреагировал, когда Путин прочел политическую лекцию о принципиальных трудностях российской политики реформ. Поучения, скучные заявления без конкретных результатов – Буш слишком нетерпелив, чтобы находить в этом удовольствие. Консервативное лобби тоже создает фронт против Путина. Незадолго до европейского турне Буша в американском сенате состоялись слушания по России. Их вывод: «Отход от демократии». Там можно было услышать жесткую критику политики Путина по отношению к соседним странам. К его поддержке омерзительного белорусского диктатора Лукашенко. К его попыткам дестабилизировать положение в Грузии. К его политике в отношении ЮКОСа, когда-то самого крупного российского нефтяного концерна, который теперь разрушен. Сейчас даже уважаемый сенатор-республиканец Джон Маккейн требует исключить Россию из «Большой Восьмерки», группы ведущих индустриальных государств. И даже такой политик и демократ, как Ричард Холбрук, говорит об «окончании романа». Потому что в Вашингтоне только что узнали, насколько бессовестно Путин до сих пор использовал ошибки американской внешней политики. США развязали войну в Ираке? Замечательно – цены на нефть достигли невероятной высоты. Это обогащает нефтяных баронов России и государственные концерны. Путин смог вернуть почти все внешние долги. А несколько недель назад он просто запретил иностранным инвесторам вкладывать деньги в основные нефтяные проекты. Это было плевком в лицо Буша и его идее энергетического партнерства. США разругались с Европой? Отлично – таким образом Россия смогла стать стратегическим партнером европейцев, в основном при помощи немцев. А кроме того, «американский империализм» – это отличный образ врага в собственной стране. Однако очевидно, что больше всего президента США задело, насколько хладнокровно Путин и его кагэбэшная камарилья в Кремле пытались манипулировать президентскими выборами на Украине. Из циничных политических и экономических интересов Кремль хотел отделаться от оппозиционного кандидата Виктора Ющенко и отправил своих иллюзионистов в Киев. Они утверждали, что при достаточным количестве денег и при наличии подконтрольных средств массовой информации президентом в Киеве можно сделать «даже лабрадора». С горящими глазами, заметно взволнованный, Буш во вторник лично от Виктора Ющенко услышал историю «оранжевой революции». Генеральный секретарь НАТО Яап де Хооп Схеффер ловко посадил украинца рядом с Бушем. Он растроганно внимал рассказу человека, который недавно чуть не умер от отравления диоксином и в итоге мирно осуществил демократические выборы. Такие «истории свободы» Джорджу Бушу по вкусу. Он ими действительно восторгается – люди, подобные Ющенко, являются для него примером, даже героями. Они придают смысл его политике. И Буш стоит на стороне этих «чемпионов свободы», как он их называет, а вовсе не на стороне Путина. И поэтому Буш в этот четверг появился в Братиславе, столице Словакии. Казалось бы, необязательно было устраивать встречу в верхах в Братиславе. Но Буш не хотел ехать в Москву. Он хотел встретиться со словацким премьер-министром Миколашем Дзуриндой. «Мой друг», – обратился Джордж Буш к консерватору и христианскому демократу. В Братиславе Буш похвалил новую восточноевропейскую демократию. Выступил перед гражданами новой Европы на площади перед словацким национальным театром. Он встречался с бывшими диссидентами и » чемпионами свободы» – например, с белорусскими оппозиционерами. Выслушал их истории, просьбы о поддержке. И лишь после этого, во второй половине дня, встретился с Владимиром Путиным. Такой расклад никак не мог понравиться Путину. И какой сигнал он подал? Начал он мягко: В диалоге с президентом Бушем у нас никогда не имелось вопросов, которые бы осложняли отношения. Право нападать он предоставил своему представителю в Вашингтоне. У нас имеются некоторые проблемы с американской политикой, говорил посол Ушаков, и мы их назовем. Российская общественность не всегда согласна с действиями США в некоторых частях мира; многие страны критикуют избирательную систему в США. Но решающим остается постулат: что хорошо для одной страны, не может быть автоматически хорошо и для другой. Понимать под этим следует: каждый должен воспринимать свободу так, как ему удобно. В путинской России это называется управляемой демократией. Владимир Владимирович Путин осуществил ползучий переворот: человек, который начинал как реформатор, мутировал в авторитарного лидера коррумпированного государства. В предводителя продажного режима, который не может ни защитить от террористов собственных граждан, ни оказать жертвам помощь. Как, например, два года назад во время драматического захвата заложников в Московском музыкальном центре, когда более 120 человек погибло в результате применения боевых отравляющих веществ. Как, например, несколько месяцев назад во время захвата заложников в бесланской школе номер 1, когда погибло не менее 330 человек. «Мы проявили слабость, а слабых бьют», – сказал Путин по окончании штурма с лицом, красным от ярости. Но он ничего не предпринял против коррупции и халатности в милиции и органах безопасности. Ничего не предпринял для проведения независимого расследования. Он предпочел бы, чтобы об этих терактах все забыли. Зато Путин фактически упразднил должность губернаторов, подчинив регионы Кремлю. Люди Путина контролируют парламент, правительство, суды, милицию и, естественно, органы безопасности. Они возглавляют крупные государственные концерны. Опять кажется, будто элита, жадная до власти, хочет прибрать к рукам всю Россию. Силовики, люди из аппарата спецслужб, прежде всего из бывшего КГБ, образуют базу для власти Путина. «Сталинские методы правления аппарата не изменились», – говорит либеральный политик Григорий Явлинский. Силовики ненавидят сверхбогатых олигархов – например, арестованного миллиардера Михаила Ходорковского, – считая их марионетками США и Израиля. «Они хотят сделать из России сырьевой придаток!» – возмущается полковник ФСБ, который предпочел сохранить анонимность. С его точки зрения, «олигархи не являются национальными предпринимателями. Их нужно выгнать из страны. Без либеральных ценностей вроде частной собственности можно прожить. Ведь нефть из земли может качать каждый. Порядок установится только тогда, когда мы построим тоталитарный капитализм». Когда речь идет о новом порядке в Кремле, в голову приходят в первую очередь два имени: Виктор Иванов и Игорь Сечин, оба они доверенные лица Путина, оба – бывшие бюрократы из КГБ, как он сам. В качестве заместителя главы президентской администрации 53-летний Иванов отвечает за кадровые вопросы. Он начал свою карьеру 26 лет назад в КГБ и позже руководил экономическим отделом ФСБ, его организации-преемника. Игорь Сечин, которому 41 год, работал у Путина еще в мэрии Петербурга. Сегодня он руководит секретариатом президента. В систему Путина входит также министр обороны Сергей Иванов, питерский чекист. Директор ФСБ Николай Патрушев тоже считается верным соратником Путина, как и заместители министра экономики, коммуникации, печати и юстиции. Заместители руководителя налоговой полиции – это выходцы из ФСБ. «Силовики утверждают, что они не коррумпированы, – говорит известный московский социолог Ольга Крыштановская, – и воспринимают себя как братство, как команду президента. Эти люди хотят авторитарной и милитаристской России. А Путин? Он, конечно, один из наиболее либеральных среди них. Он не хочет быть деспотом. Но он из того же теста, ведь он думает как они». Силовики видят в США не партнера, а стратегического противника – и для этого они ежедневно находят новые причины. Проблемы разоружения все еще решены не до конца. Кроме того, очевидно, что США активно расширяют свое влияние в бывших советских республиках. Сегодня американские вооруженные силы стоят в Центральной Азии. Балтийские республики входят в НАТО и ЕС. Грузия находится под влиянием американцев. А результаты выборов на Украине ударили по российским великодержавным амбициям. Многие в России считают это циничной американской политикой силы. Новая граница уже давно пролегла между Востоком и Западом, между Россией и Европой. Эта новая-старая трещина еще раз аукнется Путину, когда он в начале мая будет принимать в Москве глав многих государств. Здесь он будет отмечать 60-ю годовщину окончания Второй мировой войны. С патриотическим пафосом Путин собирается отдать дань великой победе Советского Союза над фашизмом, который стоил стране 27 млн жизней. И выступить в присутствии государственных мужей всего света в качестве отца российского народа. Буш обещал приехать. Надо оказать уважение патриотам и ветеранам, сказал он. Это будет его 13-я встреча с Путиным – в глазах суеверных плохая примета. Переведено 25 февраля 2005

Антипутин: Диагноз неприятный: систему пучит Сергей Агафонов Минувшая неделя оказалась удивительно урожайной на весьма незаурядные политические новости. Достаточно перечислить сюжеты, набежавшие всего-то за семь календарных дней, чтобы стало понятно: случайной такая концентрация быть не может; на российской политической «поляне», еще недавно походившей на совершенно безжизненное болото, происходит нечто неординарное. Судите сами: – из политического небытия вдруг (и достаточно скандально, как раз в тот день, когда Путин получал нахлобучку от Буша в Братиславе) всплыл бывший премьер Касьянов, которого с удивительным единодушием конформистские останки СПС и околокремлевские СМИ немедленно объявили претендентом на звание «российского Ющенко»; – о своем намерении участвовать в будущей президентской кампании скоропостижно и авансом заявили два ветерана политического цирка – Жириновский и бывший думский спикер Селезнев; – под лидерством отставного полковника ФСБ Гудкова стартовал кремлевский «розовый проект», призванный объединить в единый и мощный электоральный ресурс патриотические и социал-демократические элементы; – в СМИ запущены «утечки», согласно которым Кремль инициирует особый «правоцентристский» проект, в котором роль лидеров отводится умеренным депутатам-«единороссам» Боосу, Плигину и Резнику (Владиславу); – одного из наиболее активных нынче представителей оппозиции – депутата Владимира Рыжкова – буквально «обложили» разного рода дезинформацией, заставив отбиваться от напраслины и одновременно ссориться по пустякам с возможными союзниками, что в очередной раз подвесило попытки сформировать независимый от Кремля правый фланг; – разваливший КПРФ с кремлевского благословения, «альтернативный коммунист» и подозрительно не бедствующий в финансовом отношении Семигин объявил о формировании теневого кабинета министров с участием выходцев из разных (от правых – до левых) партий и выступил с претензией на лидирующую роль в формировании оппозиционного альянса; – блуждающий от партнера к партнеру лидер «Народной воли» и одновременно вице-спикер ГД от блока «Родина» Бабурин вошел со своей партией в леволиберальное движение Глазьева «За достойную жизнь» и заявил о фактическом разрыве с попавшим в явную кремлевскую опалу «кронпринцем» умеренных националистов Рогозиным; – наконец, в Латвии «высадился» всероссийский буревестник Березовский, который грозится вот-вот добраться до Киева, а уж там и до Москвы рукой подать... Из изложенного перечня, правда, можно было бы смело выбросить заявления Жириновского и Селезнева, как сюжеты малозначительные и совершенно ни на что не влияющие, но в общем бульоне даже они выглядят знаковыми и «играют». Ведь лишенные шансов на успех ветераны электоральных баталий вовсе не лишены нажитого годами особого политического обоняния. И раз уж в общей свалке голос подают и эти тоже, значит, страна на пороге крутых перемен. Каких? Окончание. Начало на стр. 1 Симптомы на высшем уровне Нам так часто показывают президента Путина по телевизору, что волей-неволей начинаешь предметно наблюдать за переменами во внешнем облике и повадках первого лица. Судя по этим ежедневным наблюдениям, лицу в последнее время явно не по себе – президент как-то ощутимо осунулся, ужался, потерял внутренний драйв, выглядит по-сиротски и периодически даже затравленно. Дело тут явно не в проблемах со здоровьем. Раздражение окружающей действительностью, которое все чаще прорывается в репликах и ремарках Путина на разного рода публичных мероприятиях, резкие срывы в ответ на затронутые в беседах острые темы – это ведь не от изжоги и не от ломоты в суставах. Все это – прежде всего свидетельства психологической дисгармонии и внутреннего напряжения, которые не только серьезно изматывают нашего лидера, но и демонстрируют нарастание пороговых нагрузок. Что может выводить из себя главу благополучного семейства, всенародного любимца и абсолютно успешного, судя по всем официальным показателям, политика в самом расцвете сил? Ответ очевиден: только карьерные неурядицы. Иными словами, Путин явно угнетен собственной перспективой, имея на то, видимо, веские причины. Причем эти причины не рассасываются со временем, а стремительно усугубляются – иначе невозможно трактовать динамику внутреннего напряжения, которую демонстрирует нам президент, присутствующий в телевизоре ежедневно. Разумеется, до классического «мы его теряем» еще далеко, но ощущение явного непорядка буквально пробивает эфир. Ни щит, ни меч Наверное, многие помнят признание нынешнего президента в том, что его любимым кинофильмом был и остается «Щит и меч». Спору нет, замечательная картина, вот только Путин – это не Йоганн Вайс. Да и ведомство, эмблема которого экранизирована в славном советском боевике, сегодня стало другим. Казалось бы, с инаугурацией кадрового чекиста ВВП в качестве президента Всея Руси сбылась ведомственная мечта – человек Системы наконец-то вышел из тени, чтобы принять всю полноту власти и привести в действие копившийся годами потенциал уникальной организации. Это была красивая и гордая легенда о лубянской супермиссии, в которую едва ли не на генетическом уровне верили граждане великой Родины, – только ЧК в состоянии вывести несчастную державу на верный курс, поскольку только ЧК не заражено скверной, не разложено морально и аккумулирует в своих секретных могущественных рядах чудовищные залежи воли, управленческого опыта, интеллекта, умноженные эффективностью организации и однородностью высокопатриотического сознания. Заветный час в итоге пробил, легенда получила шанс стать былью. Как реализован этот шанс? А никак. Оказалось, что в путинском исполнении миссия невыполнима, а легенда в условиях реальной жизни не работает. Выход Системы из тени не породил нового качества нигде, хотя «люди системы» оказались у руля везде, – экономика не рванула вперед, социальная атмосфера не разрядилась, коррупция никуда не делась, четкость управления не возникла, разлад слов и дел не стерся, положение державы в мире не упрочилось, величие не возродилось. Всего за один путинский срок именно с Системой в первую очередь произошла катастрофа – иначе трудно определить сумму потерь, которую понесло некогда могущественное ведомство. Демонический образ этой организации, удерживаемый нетленным в течение почти что века, – по сути именно при Путине развалился в хлам. Нет больше в народных ощущениях «рыцарей революции» с холодной головой и чистыми руками, нет безграничных возможностей, нет ни щита, ни меча – есть некая контора по кадровому устройству, которая, однако, качество кадров не гарантирует. Как ни крути, а развал имиджа суперведомства замкнут исключительно персонально – на нашего ВВП и его команду земляков и сослуживцев. Выход из тени для теневой службы оказался фатальным: при ярком свете, в условиях реальной ответственности за положение дел в стране красивая и страшная сказка о возможностях Организации бесславно рассосалась. Последний резерв Системы за какую-то пятилетку оказался бездарно растраченным, и есть сильные подозрения, что именно этого «достижения» Путину никогда не простят. Причем не простые граждане, не электорат, а коллеги и соратники – при наступлении «трудной минуты». Не это ли ощущение надвигающихся неприятностей портит жизнь президенту? Не наступили ли уже эти «трудные минуты»? Пузырь пробило Это вовсе не намек на некие закулисные интриги, имеющие место в верхах, а всего лишь попытка найти объяснение происходящему. Происходит же следующее: социально-политическая обстановка в стране в результате серии некомпетентных административных начинаний резко обострилась, вектор протестных настроений обозначается все четче и затрагивает сегодня практически все общественные слои, рейтинг президента ощутимо шкалит, но внятных решений власть обществу не предлагает. Более того, с подачи Кремля начинаются какая-то чехарда и политические заморочки, свойственные отнюдь не этапу здорового стабильного роста, а смутному времени. Налицо как минимум растерянность верхов, а как максимум в перспективе – паника в высших эшелонах. Особенность текущего момента можно сформулировать предельно просто: консолидирующий ресурс, с которым к управлению страной пришел президент Путин, практически исчерпан, а пик популярности ВВП пройден. Начинается «обратный ток», скорость и сила которого регулированию уже не поддаются, поскольку власть не в состоянии обеспечить «тотальную стабильность» даже в краткосрочной перспективе. Гигантский надутый пузырь «пробило» в нескольких местах, и распухший шар начал сдуваться. Если не «подложить соломки» сейчас, когда емкость начала сифонить только что, то окружающим и в первую очередь «причастным» будет очень худо – путинскую «вертикаль» неизбежно разнесет до винтика. Учитывая, что «винтики» у нас на Родине – это сплошь одушевленные предметы, хотя и в разном статусном исполнении, возникшее в управленческих массах ощущение грядущей всеобщей неустроенности абсолютно понятно. Аппарат советского образца (т.е. именно такой бюрократичекий модуль, который пестует В.В. Путин) малоэффективен в реальном деле, зато прекрасно заточен под политическую интригу. До ситуации, когда собака кусает хозяина, еще не дошло, но очевидно, что систему уже начало активно пучить. Хаотичность и мельтешение разного рода политпроектов – это как раз прямое следствие внутрисистемных «газообразований». Проще говоря, в кремлевских и околокремлевских структурах и подразделениях нервозность достигла такой степени, что каждый стремится подтащить к часу Х свою «соломку». Единой командной игры уже нет, легендарный питерско-чекистский монолит стремительно превращается в дым. Свальный грех Сегодня начинает лихорадить на всех уровнях властной пирамиды, так как ни один уровень не может считаться устойчивым вполне. Особенно нынешнюю управленческую «элиту» стало подташнивать после успеха «оранжевой революции» в соседней Украине и недвусмысленных заявлений ведущих партнеров России на Западе о неприемлемости дальнейших «вольных упражнений» с демократией и правами человека. На таком фоне резкое «размягчение» президентского рейтинга, вызванное бездарной монетизацией льгот и бесконтрольным ростом тарифов на ЖКХ и медицину, на всю «вертикаль» подействовало как слабительное. Поскольку никаких других связующих компонентов, кроме рейтинга В.В. Путина, выстроенный в стране административный каркас не имеет, всеобщий дискомфорт закономерен, а поведенческий модуль на перспективу ясен – сваливать пора. Когда в верхах зашаталось, со всей очевидностью выяснилось, что договариваться в низах о перспективах грядущего трудоустройства не с кем. Это сугубо рукотворное обстоятельство – следствие проведенной Кремлем тотальной зачистки политической «поляны». Напомним, что в первый путинский срок кремлевские бойцы методично «схарчили» потенциально опасных индивидуалов (от чересчур самостоятельных олигархов до амбициозных генералов и региональных харизматиков), потом последовательно «отщелкали» политические образования – развалена почти что до основания КПРФ, загнано за можай «Яблоко», окончательно добит СПС... В итоге применения «подсечно-огневого» метода в политическом хозяйствовании к началу второго президентского срока ВВП в стране были задавлены практически все самостоятельные величины, и сложилась (в парламенте уж точно) вожделенная управляемая демократия. Увы, именно этот успех нынче выходит Кремлю боком: нерастраченная энергия обиженного, обманутого и обездоленного электората вместо парламентской трибуны выбрасывается на улицу, граждане активно не доверяют прикормленным прокремлевским организациям, и теперь составляющие власть кланы и кланчики, почуявшие, что финиш не за горами, оказались лицом к лицу с неведомым – настало время торговаться, вот только с кем? Страна вступает в период ударной политической стройки по типу знаменитого китайского «великого скачка». Китайские активисты, помнится, ради лучшей жизни начали строить чугуноплавильни в каждом сарае, а вот наши кремлевцы взялись мастерить оппозиционные блоки и движения, каждый под своей крышей отливая свой вариант «российского Ющенко». Поскольку денег при нынешних ценах на нефть в кремлевских закромах у разных «кураторов» скопилось изрядно, очень похоже, что вот-вот начнется война всех против всех. Кого удавят по ходу дела и кто выиграет по концовке, пока не ясно. Как не ясно и то, в какой «конюшне» нам изготовят неизбежного «российского Ющенко». Но совершенно понятно, что форсированная селекция «управляемой оппозиции» на базе межклановых разборок между соратниками президента добьет режим в его нынешнем виде в кратчайшие сроки. Путинскую вертикаль просто порвет изнутри. Нельзя, разумеется, исключать опасных судорог «уходящей эпохи». Ведь наверняка в окружении Путина имеются узколобые бойцы, которые будут настаивать на неких «жестких вариантах», «показательных мероприятиях» и т.д. Если «империя» и в состоянии нанести ответный удар, то его направление известно заранее – это рывок в «коричневый сектор». Попытка возможна. Но все же, к счастью, нет убедительных свидетельств того, что у нынешней власти имеется ресурс для успешной реализации такого рода решений – нет ни надежного инструмента под рукой (плачевное состояние российских силовых структур – лучшая иллюстрация), ни политической воли, которая бы таким инструментом могла воспользоваться. Впрочем, поживем – увидим. А посмотреть будет на что. Все еще только начинается...

Антипутин: Диагноз неприятный: систему пучит Сергей Агафонов Минувшая неделя оказалась удивительно урожайной на весьма незаурядные политические новости. Достаточно перечислить сюжеты, набежавшие всего-то за семь календарных дней, чтобы стало понятно: случайной такая концентрация быть не может; на российской политической «поляне», еще недавно походившей на совершенно безжизненное болото, происходит нечто неординарное. Судите сами: – из политического небытия вдруг (и достаточно скандально, как раз в тот день, когда Путин получал нахлобучку от Буша в Братиславе) всплыл бывший премьер Касьянов, которого с удивительным единодушием конформистские останки СПС и околокремлевские СМИ немедленно объявили претендентом на звание «российского Ющенко»; – о своем намерении участвовать в будущей президентской кампании скоропостижно и авансом заявили два ветерана политического цирка – Жириновский и бывший думский спикер Селезнев; – под лидерством отставного полковника ФСБ Гудкова стартовал кремлевский «розовый проект», призванный объединить в единый и мощный электоральный ресурс патриотические и социал-демократические элементы; – в СМИ запущены «утечки», согласно которым Кремль инициирует особый «правоцентристский» проект, в котором роль лидеров отводится умеренным депутатам-«единороссам» Боосу, Плигину и Резнику (Владиславу); – одного из наиболее активных нынче представителей оппозиции – депутата Владимира Рыжкова – буквально «обложили» разного рода дезинформацией, заставив отбиваться от напраслины и одновременно ссориться по пустякам с возможными союзниками, что в очередной раз подвесило попытки сформировать независимый от Кремля правый фланг; – разваливший КПРФ с кремлевского благословения, «альтернативный коммунист» и подозрительно не бедствующий в финансовом отношении Семигин объявил о формировании теневого кабинета министров с участием выходцев из разных (от правых – до левых) партий и выступил с претензией на лидирующую роль в формировании оппозиционного альянса; – блуждающий от партнера к партнеру лидер «Народной воли» и одновременно вице-спикер ГД от блока «Родина» Бабурин вошел со своей партией в леволиберальное движение Глазьева «За достойную жизнь» и заявил о фактическом разрыве с попавшим в явную кремлевскую опалу «кронпринцем» умеренных националистов Рогозиным; – наконец, в Латвии «высадился» всероссийский буревестник Березовский, который грозится вот-вот добраться до Киева, а уж там и до Москвы рукой подать... Из изложенного перечня, правда, можно было бы смело выбросить заявления Жириновского и Селезнева, как сюжеты малозначительные и совершенно ни на что не влияющие, но в общем бульоне даже они выглядят знаковыми и «играют». Ведь лишенные шансов на успех ветераны электоральных баталий вовсе не лишены нажитого годами особого политического обоняния. И раз уж в общей свалке голос подают и эти тоже, значит, страна на пороге крутых перемен. Каких? Окончание. Начало на стр. 1 Симптомы на высшем уровне Нам так часто показывают президента Путина по телевизору, что волей-неволей начинаешь предметно наблюдать за переменами во внешнем облике и повадках первого лица. Судя по этим ежедневным наблюдениям, лицу в последнее время явно не по себе – президент как-то ощутимо осунулся, ужался, потерял внутренний драйв, выглядит по-сиротски и периодически даже затравленно. Дело тут явно не в проблемах со здоровьем. Раздражение окружающей действительностью, которое все чаще прорывается в репликах и ремарках Путина на разного рода публичных мероприятиях, резкие срывы в ответ на затронутые в беседах острые темы – это ведь не от изжоги и не от ломоты в суставах. Все это – прежде всего свидетельства психологической дисгармонии и внутреннего напряжения, которые не только серьезно изматывают нашего лидера, но и демонстрируют нарастание пороговых нагрузок. Что может выводить из себя главу благополучного семейства, всенародного любимца и абсолютно успешного, судя по всем официальным показателям, политика в самом расцвете сил? Ответ очевиден: только карьерные неурядицы. Иными словами, Путин явно угнетен собственной перспективой, имея на то, видимо, веские причины. Причем эти причины не рассасываются со временем, а стремительно усугубляются – иначе невозможно трактовать динамику внутреннего напряжения, которую демонстрирует нам президент, присутствующий в телевизоре ежедневно. Разумеется, до классического «мы его теряем» еще далеко, но ощущение явного непорядка буквально пробивает эфир. Ни щит, ни меч Наверное, многие помнят признание нынешнего президента в том, что его любимым кинофильмом был и остается «Щит и меч». Спору нет, замечательная картина, вот только Путин – это не Йоганн Вайс. Да и ведомство, эмблема которого экранизирована в славном советском боевике, сегодня стало другим. Казалось бы, с инаугурацией кадрового чекиста ВВП в качестве президента Всея Руси сбылась ведомственная мечта – человек Системы наконец-то вышел из тени, чтобы принять всю полноту власти и привести в действие копившийся годами потенциал уникальной организации. Это была красивая и гордая легенда о лубянской супермиссии, в которую едва ли не на генетическом уровне верили граждане великой Родины, – только ЧК в состоянии вывести несчастную державу на верный курс, поскольку только ЧК не заражено скверной, не разложено морально и аккумулирует в своих секретных могущественных рядах чудовищные залежи воли, управленческого опыта, интеллекта, умноженные эффективностью организации и однородностью высокопатриотического сознания. Заветный час в итоге пробил, легенда получила шанс стать былью. Как реализован этот шанс? А никак. Оказалось, что в путинском исполнении миссия невыполнима, а легенда в условиях реальной жизни не работает. Выход Системы из тени не породил нового качества нигде, хотя «люди системы» оказались у руля везде, – экономика не рванула вперед, социальная атмосфера не разрядилась, коррупция никуда не делась, четкость управления не возникла, разлад слов и дел не стерся, положение державы в мире не упрочилось, величие не возродилось. Всего за один путинский срок именно с Системой в первую очередь произошла катастрофа – иначе трудно определить сумму потерь, которую понесло некогда могущественное ведомство. Демонический образ этой организации, удерживаемый нетленным в течение почти что века, – по сути именно при Путине развалился в хлам. Нет больше в народных ощущениях «рыцарей революции» с холодной головой и чистыми руками, нет безграничных возможностей, нет ни щита, ни меча – есть некая контора по кадровому устройству, которая, однако, качество кадров не гарантирует. Как ни крути, а развал имиджа суперведомства замкнут исключительно персонально – на нашего ВВП и его команду земляков и сослуживцев. Выход из тени для теневой службы оказался фатальным: при ярком свете, в условиях реальной ответственности за положение дел в стране красивая и страшная сказка о возможностях Организации бесславно рассосалась. Последний резерв Системы за какую-то пятилетку оказался бездарно растраченным, и есть сильные подозрения, что именно этого «достижения» Путину никогда не простят. Причем не простые граждане, не электорат, а коллеги и соратники – при наступлении «трудной минуты». Не это ли ощущение надвигающихся неприятностей портит жизнь президенту? Не наступили ли уже эти «трудные минуты»? Пузырь пробило Это вовсе не намек на некие закулисные интриги, имеющие место в верхах, а всего лишь попытка найти объяснение происходящему. Происходит же следующее: социально-политическая обстановка в стране в результате серии некомпетентных административных начинаний резко обострилась, вектор протестных настроений обозначается все четче и затрагивает сегодня практически все общественные слои, рейтинг президента ощутимо шкалит, но внятных решений власть обществу не предлагает. Более того, с подачи Кремля начинаются какая-то чехарда и политические заморочки, свойственные отнюдь не этапу здорового стабильного роста, а смутному времени. Налицо как минимум растерянность верхов, а как максимум в перспективе – паника в высших эшелонах. Особенность текущего момента можно сформулировать предельно просто: консолидирующий ресурс, с которым к управлению страной пришел президент Путин, практически исчерпан, а пик популярности ВВП пройден. Начинается «обратный ток», скорость и сила которого регулированию уже не поддаются, поскольку власть не в состоянии обеспечить «тотальную стабильность» даже в краткосрочной перспективе. Гигантский надутый пузырь «пробило» в нескольких местах, и распухший шар начал сдуваться. Если не «подложить соломки» сейчас, когда емкость начала сифонить только что, то окружающим и в первую очередь «причастным» будет очень худо – путинскую «вертикаль» неизбежно разнесет до винтика. Учитывая, что «винтики» у нас на Родине – это сплошь одушевленные предметы, хотя и в разном статусном исполнении, возникшее в управленческих массах ощущение грядущей всеобщей неустроенности абсолютно понятно. Аппарат советского образца (т.е. именно такой бюрократичекий модуль, который пестует В.В. Путин) малоэффективен в реальном деле, зато прекрасно заточен под политическую интригу. До ситуации, когда собака кусает хозяина, еще не дошло, но очевидно, что систему уже начало активно пучить. Хаотичность и мельтешение разного рода политпроектов – это как раз прямое следствие внутрисистемных «газообразований». Проще говоря, в кремлевских и околокремлевских структурах и подразделениях нервозность достигла такой степени, что каждый стремится подтащить к часу Х свою «соломку». Единой командной игры уже нет, легендарный питерско-чекистский монолит стремительно превращается в дым. Свальный грех Сегодня начинает лихорадить на всех уровнях властной пирамиды, так как ни один уровень не может считаться устойчивым вполне. Особенно нынешнюю управленческую «элиту» стало подташнивать после успеха «оранжевой революции» в соседней Украине и недвусмысленных заявлений ведущих партнеров России на Западе о неприемлемости дальнейших «вольных упражнений» с демократией и правами человека. На таком фоне резкое «размягчение» президентского рейтинга, вызванное бездарной монетизацией льгот и бесконтрольным ростом тарифов на ЖКХ и медицину, на всю «вертикаль» подействовало как слабительное. Поскольку никаких других связующих компонентов, кроме рейтинга В.В. Путина, выстроенный в стране административный каркас не имеет, всеобщий дискомфорт закономерен, а поведенческий модуль на перспективу ясен – сваливать пора. Когда в верхах зашаталось, со всей очевидностью выяснилось, что договариваться в низах о перспективах грядущего трудоустройства не с кем. Это сугубо рукотворное обстоятельство – следствие проведенной Кремлем тотальной зачистки политической «поляны». Напомним, что в первый путинский срок кремлевские бойцы методично «схарчили» потенциально опасных индивидуалов (от чересчур самостоятельных олигархов до амбициозных генералов и региональных харизматиков), потом последовательно «отщелкали» политические образования – развалена почти что до основания КПРФ, загнано за можай «Яблоко», окончательно добит СПС... В итоге применения «подсечно-огневого» метода в политическом хозяйствовании к началу второго президентского срока ВВП в стране были задавлены практически все самостоятельные величины, и сложилась (в парламенте уж точно) вожделенная управляемая демократия. Увы, именно этот успех нынче выходит Кремлю боком: нерастраченная энергия обиженного, обманутого и обездоленного электората вместо парламентской трибуны выбрасывается на улицу, граждане активно не доверяют прикормленным прокремлевским организациям, и теперь составляющие власть кланы и кланчики, почуявшие, что финиш не за горами, оказались лицом к лицу с неведомым – настало время торговаться, вот только с кем? Страна вступает в период ударной политической стройки по типу знаменитого китайского «великого скачка». Китайские активисты, помнится, ради лучшей жизни начали строить чугуноплавильни в каждом сарае, а вот наши кремлевцы взялись мастерить оппозиционные блоки и движения, каждый под своей крышей отливая свой вариант «российского Ющенко». Поскольку денег при нынешних ценах на нефть в кремлевских закромах у разных «кураторов» скопилось изрядно, очень похоже, что вот-вот начнется война всех против всех. Кого удавят по ходу дела и кто выиграет по концовке, пока не ясно. Как не ясно и то, в какой «конюшне» нам изготовят неизбежного «российского Ющенко». Но совершенно понятно, что форсированная селекция «управляемой оппозиции» на базе межклановых разборок между соратниками президента добьет режим в его нынешнем виде в кратчайшие сроки. Путинскую вертикаль просто порвет изнутри. Нельзя, разумеется, исключать опасных судорог «уходящей эпохи». Ведь наверняка в окружении Путина имеются узколобые бойцы, которые будут настаивать на неких «жестких вариантах», «показательных мероприятиях» и т.д. Если «империя» и в состоянии нанести ответный удар, то его направление известно заранее – это рывок в «коричневый сектор». Попытка возможна. Но все же, к счастью, нет убедительных свидетельств того, что у нынешней власти имеется ресурс для успешной реализации такого рода решений – нет ни надежного инструмента под рукой (плачевное состояние российских силовых структур – лучшая иллюстрация), ни политической воли, которая бы таким инструментом могла воспользоваться. Впрочем, поживем – увидим. А посмотреть будет на что. Все еще только начинается...

BNE: Список дел для Путина Стивен Сестанович Президент Буш наконец-то поговорил с Владимиром Путиным о российской демократии, и за этой беседой наедине последовала их странная пресс-конференция в стиле «улыбайся и терпи». Но открытым остается более масштабный вопрос: действительно ли США могут что-то сделать для продвижения демократии в России? Спросите об этом экспертов и чиновников, и вы услышите множество осмысленных, но не полных ответов. Один из них таков: подняв эту проблему, президент должен говорить о ней до тех пор, пока не увидит результаты. (Справедливо, ведь в противном случае Путин будет думать, что Буш просто рисуется перед соотечественниками.) Второе предложение заключается в том, что США должны найти то, чего российское правительство хочет больше, чем они, и связать это с демократическими реформами. (Тоже имеет смысл: администрация может задаться вопросом, является ли желание России вступить во Всемирную торговую организацию полезным рычагом.) Третье предложение – больше помогать россиянам, создающим «инфраструктуру» демократии: журналистским организациям, наблюдателям на выборах и так далее. (Правильно, но почему в бюджетном предложении Буша такие ассигнования сокращены, разве его бюджетное управление не слышало речь во время инаугурации?) Вне зависимости от количества хороших идей, мы должны быть реалистами в смысле их воздействия. Слабая российская демократическая традиция позволяет Путину нейтрализовать тех, кто пытается ограничить произвол государственной власти и укрепить законность. Едва ли он изменит курс из-за того, что иностранцы ворчат по поводу отсутствия сдержек и противовесов. Он напомнит им слова Буша о том, что выполнение такой задачи – это «работа поколений» и пригласит зайти лет через 30-40. Размышляя об эволюции демократии в посткоммунистических обществах, американские эксперты и чиновники обычно держат в голове длинный список: обеспечение законности, свобода прессы, права меньшинств и так далее. Буш упомянул все эти пункты на совместной пресс-конференции с Путиным на прошлой неделе. Но крупные политические прорывы, которые мы видели в последние годы, не вращались вокруг этих проблем. В Грузии и на Украине противники режима, хотя и были многим недовольны, требовали совсем иного: свободных и честных выборов. Это урок президенту Бушу. Не забывая о длинном списке, он должен иметь еще и короткий. В нем на самом деле должен быть всего один пункт: президентские выборы в России в 2008 году. Никакое другое событие не повлияет на курс российской демократии сильнее, а Путин не может дать других обещаний, за выполнением которых было бы легче проследить. По российской конституции Путин не может избираться на третий срок, и у него и его окружения остается две возможности: переписать конституцию или попытаться устроить на высший пост кого-то из своих, как стремился сделать Леонид Кучма с Виктором Януковичем. По этой причине западные политики должны послать Путину тот же сигнал, какой они посылали Кучме в течение двух лет, предшествовавших украинским выборам: махинации на долгие годы испортят репутацию России на международной арене. Вместо того чтобы превратить выборы 2008 года в лакмусовую бумажку для российской демократии, западные политики предпочитают пускаться в длинные рассуждения общего характера о гражданском обществе и законности. Если в этих сферах не будет прогресса, скажут они, выборы не будут иметь большого значения. Они добавят, что Путин, в отличие от Кучмы, так популярен, что, наверное, может добиться победы своего человека на честных выборах. И если это так, то стоит ли уделять внимание состязанию, которое не укрепит демократию? Это неверная трактовка посткоммунистической политической динамики. Медленные изменения, накапливаясь, готовят почву, но драматичные поворотные моменты – можно сказать, кризисы – приносят наиболее важные демократические результаты. На Украине ноябрьская фальсификация выборов вынудила судей решать, готовы ли они действовать независимо; до тех пор они оставались лизоблюдами. Коррупция, жестокость и некомпетентность режима Кучмы деморализовали многих представителей элиты, и лишь выборы привели их в стан оппозиции. Россия не повторит этот опыт буквально, но настоящие выборы, тем не менее, подвергнут режим Путина серьезному испытанию, особенно если его кандидат не будет уверен в победе. Несмотря на свою популярность, Путин сталкивается с проблемами, пытаясь передать свою влиятельность своим ставленникам. «Единая Россия», политическая машина, которую он создал для контроля над парламентом и региональными бюрократами, совсем недавно подавалась как постоянная правящая партия. Сегодня, по опросам, ее рейтинг рушится. Если сомнения в ее жизнеспособности усилятся, политическая конкуренция возродится. Другие элементы ельцинской демократии, презираемые Путиным, например плюрализм СМИ, возродятся вместе с ней. Наверное, западным лидерам будет трудно напрямик сказать Путину: если он фальсифицирует выборы в пользу своего человека или перепишет конституцию, чтобы остаться президентом пожизненно, к нему будут относиться не лучше, чем к азиатским автократам, делающим такие вещи. Но если они этого не скажут, они упустят возможность внести значительный вклад в развитие российской демократии. Переведено 03 марта 2005

BNE: Многоликий Путин Фрэнк Браун и Майкл Мейер Кто этот человек, закрытый для всех, с усиливающейся манией преследования? Мало у кого – в России или за границей – есть внятный ответ. Это может повлечь за собой проблемы Через пять лет руководства Россией кадровый офицер КГБ Владимир Путин приобрел черты одного американского политика. Но есть проблема: американский политик, на которого стал похож Путин, – это Ричард Никсон, бродивший по коридорам Белого дома с усиливающейся манией преследования. Этот образ беспокоит, так как подразумевает вещи, неприятные не только для США, но и для России, Европы и их соседей. Не заблуждайтесь: паранойя Путина – это не проклятье российской истории, хотя Иосиф Сталин внезапно менял отношение к своим близким и видел врага в каждой тени. Она вырастает из природной путинской осторожности, на которую наложился опыт первого срока: правительство, которое зачастую просто не работало; влиятельные люди из его окружения, действовавшие, иногда тайно, лишь в собственных интересах; коррупция и некомпетентность, нараставшие в каждом министерстве и учреждении страны. Ответом Путина стал уход в себя. Дома он опирается на все более узкий круг советников. Он концентрирует в своих руках все больше власти, но часто не осмеливается ею воспользоваться. Когда-то он заявил Newsweek, что власть, по его мнению, является «бритвой в руках пьяного», который, размахивая ею, может причинить непредсказуемый и непоправимый вред. Не зная наверняка, кто его союзники и враги, доверяя очень немногим, он действует медленно: откладывает принятие решений, ждет, как развернутся события, и тем самым парализует управление. Все в России зависит от одного человека, говорит телеобозреватель Владимир Познер. «И это Путин». За границей Путин видит признаки того, что Запад берет Россию в кольцо. Последний пример – украинская «оранжевая революция», которая вывела страну, издавна называвшуюся Малороссией, из орбиты России, по направлению к членству в НАТО и Европейском союзе. Он все чаще трактует интересы России в мире так, как его предшественники, видя в них игру, в которой никто ничего не выигрывает, а интересы Москвы не совпадают с интересами чуждого ей Запада. Признаком времени является то, что во время подготовки государственного визита Джорджа Буша в Европу вопрос о том, как вести себя с Путиным, был сложнее вопроса о том, как убедить Париж и Берлин играть более активную роль в Ираке или как найти с ними общие точки по проблеме Ирана. «Это важнейший момент», – заявил высокопоставленный источник в Белом доме, добавив, что администрация даже согласилась на просьбу Кремля называть мероприятие в Братиславе не «саммитом», а просто «встречей». Представители России в открытую насмехались над выборами в Ираке. Пересмотрев прежний курс, Москва недавно сыграла главную роль в блокировании американских планов по развертыванию в Киргизии разведывательных самолетов AWACS, необходимых для проведения военных операций в соседнем Афганистане. Москва откровенно говорит о своем намерении продолжать бизнес с Ираном, игнорируя озабоченность США тем, что Тегеран разрабатывает ядерное оружие. Интерпретации мыслей российского президента и догадки по поводу того, куда он ведет страну, выродились в особый вид «кремленологии», процветавшей в советскую эпоху. Парадоксально, но и сам Путин, возможно, болен этой болезнью. Круг его советников сузился до двух крошечных групп, в каждую из которых входит шесть человек, трое из них входят в обе группы. Одна группа встречается по понедельникам и обсуждает социально-экономическую политику. По субботам другая обсуждает национальную безопасность. Когда принимаются важные решения, особенно касающиеся внешней политики и назначений на высокие посты, к процессу обычно не допускают этих советников. О его прошлогоднем решении назначить премьер-министром Михаила Фрадкова, никому не известного бюрократа, работавшего в Брюсселе, знали лишь четыре человека. Вряд ли кто-то осмеливается возражать Путину. Все видели, что произошло с Андреем Илларионовым в конце декабря, когда он высказался против решения Путина назначать, а не избирать губернаторов. «Конкуренция в политике не менее важна, чем конкуренция в экономике, – заявил на пресс-конференции главный экономический советник Путина. – Ограничение конкуренции – во всех сферах жизни – ведет только к одному: к застою». Не прошло и недели, как он был смещен с поста представителя России в «Большой восьмерке». Обособленность – лишь один признак нынешней паранойи Путина. Вторым является степень, в какой он является заложником склок внутри собственной администрации. Внешнему миру Путин кажется всемогущим. Он консолидирует в своих руках все больше власти. Парламент, где доминирует его партия, в которой личная лояльность ставится превыше всего, стал его инструментом. Но российский президент, как и российские цари, является заложником придворных интриг. И это опасная игра, в которой могущественные сами по себе бароны борются за его поддержку любезных их сердцу политики и интересов. В случае с Путиным окружение расколото на два враждующих лагеря: «силовиков» и «либералов». Силовики – это сплоченная группа выходцев из армии и КГБ, господствующая в ведомствах, занимающихся безопасностью и разведкой, и в той или иной степени верящая в государственный контроль над политической и экономической жизнью страны. Либералы скорее верят в рыночные реформы западного образца, хотя в политическом смысле они отнюдь не прогрессивны. В их число входят люди типа Вячеслава Суркова, который, по слухам, возглавляет усилия, направленные на изменения конституции с тем, чтобы Путин мог править страной бессрочно. (Пожизненный президент?) Сначала идею предполагалось вынести на общенациональный референдум, чтобы сместить баланс власти от президента к премьер-министру, пост которого не ограничивается сроками. Написать проект поручили группе юристов из Петербурга. Но сейчас Кремль свел этот план слишком рискованным. И питерской группе велели изучить возможности обойтись без референдума, желательно к будущему году. Ни в одном из лагерей не любят демократию – с точки зрения их представителей она только затрудняет управление страной, которой и так трудно править. (Хаос 1990-х годов, времен демократических реформ Бориса Ельцина, постоянно напоминает о границах излишней экономической и политической свободы.) Пример: 1 января Путин подписал закон, ликвидирующий советскую систему субсидий для пенсионеров и военнослужащих. Почти в 100 городах прошли акции протеста против потери таких льгот, как бесплатный проезд. Кремль быстро выделил более 4 млрд долларов, чтобы успокоить пенсионеров, но беспорядки продолжаются. Рейтинг одобрения Думы упал до 3%, а рейтинг президента снизился с прошлогодних 65% до нынешних 43%. Путин стал другим человеком, утверждает один из его советников. «Он утратил свою решительность. Похоже, что он слегка паникует». Как кажется Путину, его мир рушится. Это началось в сентябре, когда чеченские террористы захватили школу на юге России, а неумелая операция по спасению заложников привела к гибели более 300 человек. Коррумпированные местные чиновники и милиция – возможно, подкупленные – позволили террористам беспрепятственно добраться до школы. Когда Путин ухватился за этот предлог, чтобы заменить региональных губернаторов своими людьми, меньше подверженными коррупции и, следовательно, более эффективными, многие увидели в этом нечто большее. «Он не доверяет никому», – говорит автор новой биографии Путина Андрей Колесников. Ощущение осады усилилось в декабре, когда Виктор Ющенко победил на президентских выборах на Украине, несмотря на масштабные махинации, организованные правящей партией, опирающейся на Москву, а также личную и финансовую поддержку, которую Путин оказывал его сопернику. Силовики винят во всем Вашингтон. События на Украине, а до этого – в Грузии, по их мнению, являются частью масштабного «заговора» США и Западной Европы, направленного на изоляцию и «сдерживание» России. Но другие возлагают вину на советников Путина. Они утверждают, что кремлевские пропагандисты проделали такую огромную работу, изображая дважды судимого преступника Виктора Януковича подходящим кандидатом на пост президента, что Путин поверил в это. «Приятно было бы считать, что это американский заговор, но мы не такие способные, – говорит высокопоставленный американский чиновник. – Такого ущерба, который они нанесли себе сами, не мог нанести никто». Вопрос в том, до какой степени Путин это понимает. Окруженный плотным коконом из всегда соглашающихся с ним людей, сохраняющий веру в «вертикаль власти» и «управляемую демократию», он едва ли понимает, что Россия делает не так. Система, в которой отсутствуют сдержки и противовесы, будь это правительство, СМИ или социальные свободы, в конце концов рухнет из-за собственной негибкости. Переведено 01 марта 2005

BNE: Путин угрожает, но теперь он действительно боится Андре Глюксманн Вот уже три года человек "номер один" России говорит громким и сильным голосом. Он не щадит никого. Порой он приписывает Соединенным Штатам колониальные устремления, порой угрожает своими ракетами нашим европейским городам. Но потом хозяин Кремля становится более умеренным, в соответствии с проверенным методом, которым пользовались августейшие предшественники, Сталин или Хрущев, снижая агрессивность слов, порой до любезности. И собеседник успокаивается: видите, надо просто подождать, пока он утихомирится. Таким образом, Володины всплески воспринимаются не всерьез, а как манера "говорить открыто" или как проявление "мужской откровенности". Некоторые эксперты, между тем, задаются вопросом, не наблюдаем ли мы снова драматические колебания, которыми характеризировались отношения между Москвой и Вашингтоном в приснопамятные времена холодной войны. Но нет: российские капиталы растут в западных банках, дети элиты обучаются в англо-саксонских школах для богатых; средний класс Москвы и Петербурга поглощен потребительским бумом, как европейцы и американцы, а молодежь встает в очередь у ресторанов McDonald's. Эпоха двух блоков, разделенных железным занавесом, закончилась! Однако не следует сводить периодически повторяющуюся напряженность в российско-атлантических отношениях к коротким периодам непонимания, свидетельствующим о том, что еще не определен кодекс поведения. Многочисленные комментаторы довольствуются каждодневным наблюдением за опасными моментами нестабильных отношений. В качестве примера можно привести импровизированную инициативу в связи с американским "противоракетным щитом", который должен быть размещен в Чехии и Польше, но, видимо, встревожил или унизил великого восточного соседа, или неожиданное головокружительное повышение цены на энергоносители. Такие объяснения нельзя назвать вдумчивыми. Если по ним судить, то Путин – реактивный, подверженный влиянию событий и настроения, непостоянный и переменчивый. Как если бы наш человек, действующий на международной арене, не занимался выработкой последовательной линии, основывающейся на глубоких и неизменных убеждениях. Сергей Лавров, его министр иностранных дел, выразил следующей формулой космические амбиции Путина: "Ни одна важная международная проблема не может быть решена без или против России". Подросток, который мечтал работать в КГБ, обученный охоте на диссидентов, глава ФСБ, неожиданно назначенный премьер-министром, а потом и президентом Всея Руси, неизвестный Путин обеспечил себе репутацию сильного человека, начав вторую войну в Чечне. В то время как его армия ровняла с землей Грозный, господа Буш и Блэр, которых быстро догнали и перегнали Шредер, Ширак и Берлускони, пели хвалу "хорошему парню", "истинному демократу", который уже восседал в "большой восьмерке". Некоторые прозорливые умы, и среди них вечные диссиденты Сергей Ковалев, Елена Боннэр-Сахарова и ее подруга, позднее убитая, Анна Политковская, предсказывали, что убийство мирных чеченских граждан – это только начало, что за этим последует ограничение общественных свобод и восстановление контроля над СМИ, как кульминация выстраивания "вертикали власти" Кремлем, оккупированным клонами из КГБ. Я горжусь тем, что вхожу в число тех вестников беды, которые с самого начала оспаривали заявления о том, что "демократизация" России является неизбежной и неуклонной. На деле победу одержали автократия, безальтернативная власть руководящей группы, состоящей в основном из суперполицейских и спекулянтов на побегушках. Очень скоро возникло впечатление, что российское население вновь обрело рабские привычки, характерные для периода коммунизма и царизма: лучше держать рот на замке и льстить маленьким отцам из Кремля. Очень скоро строптивцы поняли, что значит слишком любить свободу. Слепота западных элит непростительна. "Чекист однажды, чекист навсегда", – любит с гордостью повторять хозяин Кремля. Не надо строить иллюзий, никакого покаяния, речь идет о заслугах, которыми он гордится, вместе с Большим крестом почетного легиона, который Ширак прикрепил ему на грудь. Владимир Путин никогда не скрывал своего преклонения перед великим примером, которым стал для него Дзержинский, основатель ЧК (позднее ГПУ, НКВД, КГБ), иными словами, шеф советского гестапо, который руководил ГУЛАГом и погубил миллионы невинных людей. Столь же очевидно, как этот "патриот" выдает имперскую идею за восстановление величия России. Вернув знаменитую музыку советского гимна, он использует царские символы и ортодоксальность, чтобы культивировать нездоровую ностальгию. Только наивный человек удивляется словам Путина, что 1991 год является годом "самой крупной геополитической катастрофы ХХ века", – не Освенцим, не Хиросима, не Первая и не Вторая мировая война, а распад Советского Союза в результате деятельности Бориса Ельцина! "Великий план" нынешнего хозяина России полностью соответствует этому заявлению. Насколько это возможно, Путин хочет восстановить гегемонию Москвы над своими "самыми близкими соседями", обрести влияние на бывшие республики-вассалы Центральной Европы и нейтрализовать Западную Европу. Методы запугивания, унаследованные от времен холодной войны (ядерный шантаж в отношении европейских городов), сопровождаются такими небывалыми приемами, как экономическое удушение Грузии, Польши или балтийских стран, угрозы прекратить поставки энергетического сырья и попытка зажать в тиски "Россия – Алжир – арабские страны" европейский континент. Кроме этого, из-за наличия новых финансовых ресурсов возникло желание добиться контроля над важнейшими секторами экономики (атаки на Arcilor или Eads), а также серой зоной международной коррупции и мафии. К другим методам давления относится продажа оружия для неограниченного оснащения всех возмутителей спокойствия на планете, от Уго Чавеса до Ирана и наркомарксистов Латинской Америки. Однако сильный человек России – всего лишь колосс на глиняных ногах. Он не упускает ни одной возможности, чтобы поставить в трудное положение европейцев и американцев (в Косово, в Ираке), но постоянные смены настроения и желание нанести вред не могут скрыть его страшной тревоги. Во время "оранжевой революции" в Киеве Путин неожиданно понял, что не сегодня, так завтра четверть населения, фактически подчинявшегося его диктату (для него украинцы те же русские), может неожиданно выйти из-под его влияния. То же самое можно сказать о Грузии с ее "революцией роз". Путин почувствовал, что земля уходит у него из-под ног, и с тех пор делает все возможное, чтобы восстановить свою власть над бывшей империей Советов. Он ничего не добился, а нестабильность сохраняется. Новая агрессивность Кремля рождается из страха. Восстановление контроля и запрет на НПО, запугивание террористической угрозой в СМИ, угрозы в адрес защитников прав человека, убийства журналистов или перебежчиков КГБ, которые могли бы "заговорить", и продолжающиеся репрессии на Кавказе свидетельствуют о его тревоге. Но ни танки (Берлин 1953 года, Будапешт 1956 года, Прага 1968 года), ни секретные службы (Варшава, 1981 год) не помешали падению Берлинской стены в 1989. Два месяца "оранжевой революции" стали для забывчивого Путина отрезвляющей вакциной. Отсюда и его стремление помешать любым проявлениям свободомыслия, подавить в зародыше любые протесты, пусть даже мирные. Трудно выдавать Гарри Каспарова, чемпиона мира по шахматам, за "террориста". Отсюда и его параноидальное стремление изо дня в день разоблачать "заговоры" западных стран, один абсурднее другого. Кто поверит в то, что разведка может ликвидировать в самом центре Лондона одного из своих агентов при помощи полония-210? Неважно, эта неправдоподобная ложь лишь для внутреннего использования. 70 лет коммунизма научили народ, что иностранец – враг, СССР, а сегодня Россия – "осажденные крепости". Настал момент, чтобы демократические страны прекратили проявлять безразличие к ухудшению состояния российских дел. В свое время Запад сумел добиться подписания Брежневым Хельсинкских соглашений, и они оказали помощь свободомыслящим умам России. Безусловно, мы нуждаемся в российском газе, но нефтяной царь нуждается в нас, чтобы сохранить собственные блага и стабилизировать свое общество. Нам предстоит помешать тому, чтобы он построил у наших дверей державу, которую не сможет контролировать даже он сам. Свобода слова и права человека в России – это не только моральные и гуманитарные требования. Сегодня они стали условиями нашей безопасности в этом хаотическом мире.



полная версия страницы